Почти невероятная история Давида Клионского



Почти невероятная история Давида Клионского

Город Борисов Минской губ. Фото С. М. Прокудина-Горского, 1912

20 апреля 1901 в Тулу прибыл борисовский мещанин Минской губернии Давид Берков Клионский, 45 лет. У него на руках —свидетельство на звание цехового ремесленника слесарного ремесла. Он имеет право на «вывеску» (т. е. свою мастерскую). Отслужив в царской армии (призыв 1876), он, навсегда освободившись от службы, получил право селиться за чертой оседлости и заниматься любым ремеслом. С ним приехали жена, дочь и сын.

Клионский оказался расторопным: зарегистрировался в ремесленной управе мастером слесарно-медного производства и не замедлил завести мастерскую на Старо-Павшинской улице (ул. Мосина), где и поселился с семьёй. Об этом тут же, 4 декабря 1901, рапортует пристав 2-й части г. Тулы полицеймейстеру, что «борисовский мещанин Давид Берков Клионский имеет самоварное заведение при 15–16 человеках рабочих; ни машин, ни станков у него не имеется; есть три горна для лужения самоваров, несколько тисков да два ручных колеса для вращения болванки, на которой обтачиваются самовары; <…> все самоварные части покупаются Клионским в готовом виде, так что в его заведении производится только сборка самоваров;<…> при таких условиях размер выработки самоваров может достигнуть фабричного выпуска изд., к чему и стремится еврей Клионский, который в настоящее время лично никаким ремеслом не занимается, а изображает из себя вполне фабриканта – заведуя покупкою и продажею самоваров и расчётом рабочих. Фабричного знака он <не имеет>, очевидно, с целью большего сбыта самоваров самого последнего свойства по высокой цене. Самовар вырабатывается не мастером, а целым рядом мастеров: токарями, лудильщиками, литухами, наводильщиками и т. д.; ни один еврей, по отзыву сведущих лиц, всего мастерства знать не может; <…> в г. Туле много больших самоварных фабрик, не имеющих в настоящее время надлежащего сбыта их ввиду, может быть, производства евреями такого сорта самоваров».

Да! Предприимчивый еврей, опережая время, предпринял попытку разделения труда, чтобы увеличить производительность труда (ручного, без машин!) и конкурировать с фабричными самоварами с клеймом. Как еврей он не имел права вообще производить самовары, не то что клеймо иметь. Но самовары пользовались спросом! Клионский занимался самоварным производством 8 лет. По сути дела, его фабрика была подпольной, поэтому полицеймейстер г. Тулы запросил городскую ремесленную управу «уведомить, по какому именно цеху числится записанным по книгам управы и каким именно ремеслом занимается Клионский».

Самовар с маген-давидами. Коллекция Басиных

Типичное производство самоваров в кустарных условиях. Конец XIX в.

14 декабря 1901 ремесленная управа отправила ответ: «борисовский мещанин Давид Берков Клионский значится записанным по книгам серебренного цеха 7 мая 1901 года под № 69, коему и выдано дозволение на самоварное мастерство под № 69. Ремесленный голова Жарков». Вызывает недоумение дозволение, выданное «по серебряному цеху» и разрешающее заниматься самоварным производством (Клионский в еврейском листке записал себя слесарем). Собственно, этим он и воспользовался и в последующих документах указывал именно это дозволение и даже «осмелился» написать прошение губернатору о получении товарного знака! Такая дерзость со стороны обычного еврея-ремесленника оскорбила городские и губернские власти. Из рапорта губернатору от 1 февраля 1902 городского полицеймейстера: «проситель Клионский имеет в гор. Туле на Старо-Павшинской улице, в доме Аникеева, самоварное заведение, в котором ни машин, ни станков нет, а имеется только лишь три горна для лужения самоваров, несколько тисков и два ручных колеса для вращения болванки, на коей обтачиваются самовары, чем занимаются у него до 16-ти человек рабочих; сам же Клионский никаким ремеслом не занимается, а наблюдает за правильностию работ и рабочими в своём заведении. При означенных условиях выпуск самоваров из заведения Клионского может достигнуть больших фабричных размеров, к чему и стремится проситель, ходатайствуя об утверждении товарного знака».

Скорее всего, в 1902 с товарным знаком у Клионского ничего не получилось, да и с фабрикой тоже. Возможно, её запретили и разогнали, так как следующий документ уже относится к 1910 году, когда Клионский, живя в родном Борисове, желает вернуться в Тулу, чтобы заняться снова любимым делом: самоварным производством, и посылает «В Тульское городское полицейское управление» прошение: «с 1901 года по 8 марта 1908 года я производил в городе Туле самоварно-слесарное ремесло; с 8-го марта 1908 года я проживал в городе Борисове, ныне же, желая заниматься слесарным ремеслом, имею честь покорнейше просить Тульское городское полицейское управление разрешить мне проживать и заниматься слесарным ремеслом в городе Туле. Давид Берков Клионский. Декабря 5-го дня 1910 года».

11 февраля 1911 из губернского правления пришёл ответ сразу на два вопроса: о разрешении жить в Туле и о разрешении иметь самоварное заведение. Документ с грифом его императорского величества разрешает еврею Клионскому «жительство в гор. Туле в качестве ремесленника слесарного ремесла при непременном условии занятия своим ремеслом и с тем, чтобы он не держал подмастерьев и учеников, каковых могут иметь <…> только цеховые мастера». А дозволение уничтожить как «выданное неправильно и недействительное», так как Клионскому «испытание в знании ремесла не производилось». Таким образом, он «исключался из числа цеховых мастеров слесарного ремесла» и должен быть записан в цех простых ремесленников.

Клионский никакого разрешения на занятие самоварным производством не получил. Хуже того, его «понизили» до подмастерья без права иметь свою мастерскую с вывеской и рабочих. Остаться же на жительство в Туле можно было лишь выполнив эти условия и зарегистрироваться в ремесленном управлении простым ремесленником. Основанием такого жёсткого распоряжения, как видно, послужило отсутствие в удостоверении отметки о сдаче положенного экзамена на мастерство.

Тула, ул. Старо-Павшинская. С открытки изд. М. А. Кампеля

13 сентября 1913 в Тульское городское полицейское управление пришло письмо из Тульской ремесленной управы № 1998 за подписью ремесленного головы Грязнова: некто Клионский исключён из цеха временных ремесленников города Тулы «за незанятие своим ремеслом и за выездом из города Тулы». Где эти два года находился Клионский, неизвестно. Об этом можно лишь догадываться, прочитав следующее. К письму приложена выписка из протокола дознания от 11 сентября 1913: «борисовский мещанин Минской губернии Давид Берков Клионский, выбравший свидетельство на звание ремесленника на медно-слесарное заведение 24 апреля 1913 года за № 68–16, по адресу в городе Туле, во 2-й части по Старо-Павшинской улице в доме Барановской, и по проверке им ремесловых заведений оказалось, что Клионский в доме Барановской никакого заведения не имеет и по домовой книге значится, что Клионский выбыл на родину 1-го августа 1913». Ремесленная управа постановила исключить Клионского из ремесленников «за незанятием своим медно-слесарным ремеслом и за выездом его из города Тулы». А приставу 2-й части городское полицейское управление дало указание следить за выездом Клионского и донести в управление, куда он выбыл.

Может быть, каким-то образом Клионскому поперёк горла стоял собрат по нации Абрам Гдальевич Корчмарский, выпускавший самовары более высокого качества да к тому же с лицензией и собственным товарным знаком? Этот Корчмарский прописывал себя как преемник великого Александра Степановича Баташёва и получил известность за пределами Тульской губернии. Кстати, судя по уточняющему подзаголовку «Преемник А. С. Баташёва в Туле» сам Корчмарский тут мог и не бывать (тем более что на этикетке, как мы видим, вместо реальной фабрики изображено бог знает что — так, общая схема). Нельзя исключить, что Клионскому он стал поперёк горла. Но Давид Беркович просто так не сдавался. Не так-то просто было выгнать его из Тулы, лишив работы.

Из другого дела, относящегося уже к 1915 году, узнаём, что Клионский теперь предстал перед ремесленным управлением опытным мыловаром. Впервые имя Клионского именно как мыловара мелькнуло в документах ещё в 1890 в связи с устройством купцом М. И. Зафреном мыловаренного завода на Миллионной улице (совр. ул. Октябрьская). На заседании городской Думы санитарный врач г. Тулы Н. А. Лебедев доложил о состоянии мыловаренного завода, подробно описав его устройство и способ приготовления мыла со слов мыловара Д. Б. Клионского, который назвался арендатором завода (кроме него, был ещё один рабочий). Врач благоприятно отозвался о состоянии завода и заверил депутатов в чистоте и надёжности предприятия. И вот, спустя 25 лет, Клионский снова захотел стать мыловаром и открыть своё заведение. Достаточно пространно он доказывает свою состоятельность как мыловара в упомянутом прошении, «представляя при сём документы» уже по части мыловарения, например, «удостоверение, выданное могилёвским мещанином Михелем Мордуховым Гуревичем в том, что я работал у него на мыловаренном заводе в г. Орше в качестве мастера мыловара с 25 апреля 1908 года до 20 ноября 1910 года и с 10 августа 1913 года по 7 декабря 1914 года, засвидетельствованное оршанским нотариусом Бритовым <…> что я, Клионский, находился на этом заводе в качестве мыловара, — прошу полицейское управление разрешить мне жительство в г. Туле в качестве мастера мыловаренного ремесла. Апреля 29 дня 1915 года. Давид Клионский».

 

 

Обёртка мыла «Персидская сирень»

30 апреля 1915 тульское полицейское управление рассмотрело прошение Клионского и постановило «…еврею Клионскому <…> разрешить проживать в г. Туле в качестве мастера мыловаренного ремесла при непременном условии занятия своим ремеслом»

Имелась ли у «клионского» мыла торговая марка, неизвестно, так что вряд ли он выдерживал конкуренцию с вот такими сортами, популярными у туляков (см. фото).

Наверное, история производства, рекламы и распространения мыла в нашем крае тоже заслуживает особого внимания, ни, видимо, кроме «дискурса» злополучного Д. Б. Клионского всё остальное не так интересно, коль об этом до сих пор никто не написал.

Закончилась ли история Давида Клионского, который в борьбе за существование то становился мыловаром, то открывал самоварное производство (причём как мастер медно-слесарного производства), то был вынужден снова переквалифицироваться в мыловары?...

К сожалению, архивные документы не могут полностью осветить его биографию и все его злоключения (например, ничего не известно о его семье, о подробностях его переезда из города в город). Последняя дата «встречи» с ним — это вторая половина 1915 года. Клионский ушёл из жизни незадолго до Октябрьского переворота, с чем ему, собственно, и повезло: «высокоинтеллектуальные» товарищи с такими не церемонились… Его сын Берко Давидович ненамного пережил отца и скончался 9 сентября 1926, погребён на еврейском кладбище в Чулкове.

Нелегко приходилось евреям, которые действительно обладали каким-либо мастерством, а ещё, как говорят, коммерческой жилкой, доказывая городским властям, ремесленной управе и даже какому-то приставу, что они тоже имеют право заниматься делом, чтобы иметь хоть небольшой доход. А занятие «своим мастерством» было условием проживания за чертой оседлости, в центральных губерниях, в том числе и в Туле.

Так и чувствуется из документов, что чиновники, от кого зависели приезжие евреи, законно выбравшие место проживания после службы в царской армии, старались доказать, что те ни к чему не способны, видимо, по пословице «каждый сверчок знай свой шесток».

 

 

Т. В. Майорова